December 10th, 2013

книги

Николас Карр "Великий переход. Что готовит революция облачных технологий"



Из аннотации:
Лучшая книга о революции облачных технологий по мнению Financial Times.
Сто лет назад компании прекратили генерировать собственную электроэнергию с помощью паровых двигателей и подключились к электрической сети. Дешевая энергия, поставляемая большими электростанциями, не только преобразила бизнес, но и создала весь современный мир, который невозможно представить без простой электрической розетки.
Сегодня мы становимся свидетелями похожей революции. Компании и обычные люди избавляются от собственных IT-систем и подключаются к сервисам, доступным через Интернет.
В этой увлекательной книге Николас Карр переплетает историю, экономику и технологии, чтобы объяснить, что же ждет компьютерную отрасль в ближайшем будущем и как это повлияет на жизнь обычных людей.


Я купилась на имя автора и пролог.
Николас Карр буквально проснулся знаменитым, когда в 2004 году опубликовал книгу «Блеск и нищета информационных технологий", в которой сказал: знаете, ребята, все эти ваши компьютеры бизнесу скорее мешают, чем помогают. Ребята едва суд Линча не устроили после такого заявления. Журнал "Newsweek" назвал Карра "главным врагом мира технологий" – и это было самое мягкое из возможных определений.
Тем не менее, на продажи этой и следующих книг Карра такая слава повлияла весьма положительно. Люди любят скандалы и фриков, которые идут против системы, особенно если эта любовь им самим ничем не грозит. Я вот тоже люблю авторов, способных на здоровый скепсис в эпоху позитива. А тут ещё такой пролог, Боже мой: написанный от первого лица и со сносками, обещающими трэш, угар и мочилово оппонентов. Карр, видимо, хорошо помнит, как его называли, потому что написал о своей первой книге:

Стив Балмер, исполнительный директор корпорации Microsoft, назвал ее «пустой болтовней». Карли Фиорина, в то время глава компании Hewlett-Packard, сказала, что я был «абсолютно не прав». Выступая на крупной технологической конференции, СЕО Intel Крейг Барретт прокричал: «ИТ имеет огромное значение!»

А внизу комментарии переводчика и редактора, которые за автора явно болели всей душой:

Стивен Энтони Балмер — исполнительный директор, а с января 2008 года — СЕО Microsoft. В 2012 году журнал Forbes отвел Балмеру первое место в рейтинге «худших СЕО публичных компаний США».
Карли Фиорина — СЕО (1999–2005) компании Hewlett-Packard. После резкого падения капитализации компании она была вынуждена покинуть руководящий пост. Когда стало известно, что Фиорина подает в отставку, акции HP выросли в цене на 6,9%.
Крейг Барретт — председатель совета директоров и бывший президент Intel. В начале 2009 года покинул Intel. С 2010 года — сопредседатель совета фонда «Сколково».

«Сколково» меня добило. Это уже не рейтинг худших руководителей, это грубое оскорбление!
Шучу, конечно, но всё-таки при выборе книги я понадеялась, что такой бодрый ритм сохранится на протяжении всего текста. Нет, не сохранился, но серьёзным недостатком это не оказалось.
«Великий переход» - исследование скорее фундаментальное, чем прикладное; теоретическое, а не практическое. Вы не узнаете, как приспособить свой бизнес к изменениям мира технологий, зато узнаете много интересных фактов в подтверждение основной мысли автора: информационные технологии – это вам не мелочь по карманам тырить.
Книга разделена на две части: первая касается предложения, вторая – спроса. В первой вы узнаете про 18-метровое водяное колесо, лампочку Эдисона, виртуализацию и облачные системы, а также о том, что стало прототипом Изумрудного города в «Волшебнике страны Оз», когда США прекратили продавать лёд в другие страны и почему после электрификации женщинам приходится делать больше домашней работы, чем до неё. Во второй части Карр расскажет, кто такой 4417749, почему богатые будут зарабатывать больше, а средний класс – меньше, как Интернет сегрегирует, а не интегрирует, а также как и почему люди становятся блинами.
Я думаю, хорошо видно, что части разделены не только по признаку спрос-предложение, но и по времени: первая уходит в прошлое, вторая – в будущее.
Историческая часть рассказано доступно, с примерами и не то чтобы сильно весело, но не скучно. Футуристическая же часть во многом похожа на страшилку. Сначала вам просто рассказывают про чёрную комнату, а потом уже появляются шорохи, стоны и мумия в гробу. Исключительно в целях нагнетания обстановки Карр даже «Раковый корпус» Солженицына процитировал. Лично мне автор напомнил детектива из «Я, робот»: все верят роботам, но лишь он один знает правду! Тем не менее, свою точку зрения Карр доказывает вполне логично, так что тем, кто считает, что Интернет принесёт мир, дружбу и социализм – прочитать «Великий переход» будет полезно. Все остальные решат для себя сами.

Самым революционным следствием увеличения мощности, масштаба и полезности интернета может стать не то, что компьютеры начнут думать как мы, а то, что мы начнем думать как компьютеры. Наше сознание истончится, станет более плоским, по мере того как мы нажимаем ссылку за ссылкой и наш разум учится «ДЕЛАТЬ ТО-ТО с тем, что находится ЗДЕСЬ, и помещать результат СЮДА». Искусственным интеллектом, который мы создаем, может оказаться наш собственный.

книги

Николас Карр "Великий переход. Что готовит революция облачных технологий"

В жертву будет принесено не безвкусие, а качество. Мы рискуем обнаружить, что культура изобилия, порожденная Всемирным компьютером, на самом деле представляет собой культуру посредственности, простирающейся на много километров в ширину и только на долю сантиметра в глубину.

Технология формирует экономику, а экономика формирует общество. Это очень сложный процесс. Когда вы объединяете технологии, экономику и человеческую природу, то получаете много переменных, однако в основе этого процесса лежит неумолимая логика, даже если мы можем проследить ее только в ретроспективе. Как индивидуумы мы можем поставить технологический императив под сомнение и даже противостоять ему, однако такие действия всегда будут одиночными и в конце концов бесполезными. В обществе, управляемом экономическими компромиссами, технологический императив является именно тем, чем является: императивом. Личный выбор не имеет с ним ничего общего.

По мере исчезновения старшего поколения исчезают знания о том, что было потеряно в результате появления новой технологии, и остается только понимание того, что было получено. Так прогресс заметает следы, постоянно освежая иллюзию, что мы находимся именно там, где и должны быть.

мысли вслух

Стена (Pink Floyd The Wall, 1982)

Рассказывая про «Стену», говорят в основном про музыку: Pink Floyd прекрасны, да здравствует Pink Floyd. Но мне гораздо интереснее было посмотреть на то, что сделал с альбомом “Wall” Паркер, чем просто послушать знакомые песни.
Алан Паркер – идеальный режиссер для этого фильма уже хотя бы потому, что режиссер, который специализируется на остросоциальных темах, снял остросоциальную экранизацию остросоциального альбома. В предыдущем предложении много «острого», но это даже хорошо: для этого фильма – как раз. «Стена» - кинематографическая рок-опера в стилистике фильма ужасов, в которой поднимаются некомфортные темы: война, безотцовщина, оружие, полицейское насилие, давление системы образования, наркотики, фашизм, дискриминация… Паркер ещё не раз скажет об этом другими словами: через два года после «Стены» выйдет антивоенный фильм «Птаха», а потом антидискриминационный «Миссисипи в огне» – и так вплоть до «Жизни Девида Гейла» с его темой бунта против Системы. Но в «Стене» всё это сказано по-своему и неповторимо.
Воля к смерти и кровь, проходящая не белой нитью, но красной линией. Эротика и насилие – пугающая эротика и обольстительное насилие, соблазнительная эротика и отталкивающее насилие. Дети как символ будущего и дети внутри нас самих. Переплетение социального и личного, обид и страхов до полного взаимопроникновения. Разложение личности, которая всё равно не умирает, пока живо тело – и это самое страшное.
Зрителю не оставляют шансов остаться равнодушным. В ход идёт всё, даже бытовая брезгливость: в этом плане характерна сцена с водой из унитаза. А вот когда главный герой брился, я начала подозревать, что язык он себе тоже отрежет (привет «Полуночному экспрессу»), но нет, Паркер – гений: столько насилия в его фильмах – и ведь не повторяется!
С одной стороны, у «Стены» была конкретная целевая аудитория – определенное поколение, чьи отцы погибли во время войны во Вьетнаме, чьё детство и молодость пришлись на период хиппи, наркотиков и свободной любви. С другой стороны, «Стена» всё ещё актуальна: всё те же войны, даже страшнее, всё те же наркотики, даже тяжелее, всё то же государственное и социальное насилие, даже более массовое, всё те же антисемитизм, расизм и дискриминация, потому что стены порождают ненависть к тем, кто за стеной , а этих стен много: личных и общих. По большему счету, ничего не меняется. «Стену» всё ещё смотрят те, кто уже готов воспринимать то, что снял Паркер, и то, о чем спели Pink Floyd. Те, кто не готов, не смотрят или выключают после первых минут просмотра: жестоко, скучно, бессмысленно. И я даже не скажу, что кого-то осуждаю или не понимаю: главный герой кричит от боли, когда его стены ломают. Посоветовать кому-то взять себя за шкирку и макнуть голову в эту боль и кровь – это неоправданная жестокость. Но если вы морально готовы, не проходите мимо: фильм – не просто классика. Это – явление в мире кино.
Ну, и не могу не сказать: рисованная часть изумительная, бьёт наповал. Она сама по себе стоит того, чтобы смотреть «Стену» целиком.

Я никогда не была фанатом Pink Floyd, но мне нравится то, что Паркер делает с фильмами и во что их превращает. Его стараниями «Стена» - это гораздо больше, чем “another brick in the wall”.